Дневник Нидхёгг

URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
19:12 

Воспоминания о моем детстве

Когда мне было 15, я жил в промышленном районе. Тут в воздухе всегда висела дымка, оседавшая на грязно-желтых стенах старых домов и фабрик вместе с туманом. Через район была проложена центральная железнодорожная магистраль, от шума которой, жилые дома с двух сторон ограждала высокая стена из красного кирпича высотой в несколько метров. Стену покрывало какое-то растение, похожее на виноград, рядом в траве росли кусты шиповника. По обе стороны, прилегающая территория освещалась прожекторами с защитой из проволочного каркаса. Здесь было грязно, везде валялся мусор.

В некоторых местах стена была проломлена. Ее неоднократно пытались заделывать, заваривали стальными прутьями и листами железа, проволокой, но все делалось наспех, и проход все равно оставался. Родители запрещали мне здесь ошиваться. Но я часто возвращался домой этой дорогой, чтобы увидеть поезда и посмотреть на новые граффити.

С внутренней стороны она вся была исписана и изрисована. Новые рисунки появлялись почти на каждой неделе поверх старых. Часто я встречал там своих знакомых, расписывающих очередной метр стены. Это место было изолировано от внешнего мира и жило своей жизнью.

Но главным здесь все равно были поезда. По обе стороны от путей отходили тупиковые ветки, в которых стояли отцепленные составы и локомотивы. Гигантские и невероятно сложные механизмы, по несколько метров длиной, выкрашенные в черную краску. Целые крепости и дома на колесах. Мне всегда хотелось побывать внутри одного из них.

Иногда стояли товарные вагоны, наглухо запечатанные и с непонятной маркировкой. Через магистраль ездил самый разнообразный транспорт. Городские электровозы с битыми расцарапанными стеклами, движущиеся от станции к станции. Обычные пассажирские и грузовые поезда всевозможных моделей. А еще составы вообще непонятного назначения, длиной чуть ли не в километры. Они напоминали кусок скалы, движущиеся монолиты. При всей их массе, они двигались почти без шума. Никто не знает точно, что они перевозят и куда. Они никогда не останавливались.

Поезда грабили. Как в старые времена, рейдеры захватывали составы. Пару раз я видел большие бронированные локомотивы с прожжёнными дырами в корпусе и выбитыми стеклами. Про магистраль ходило так много историй, что трудно сказать, какие из них были правдой, а какие нет.

Один раз я попал под ливень, когда катался на скейте в парке. Мне пришлось ждать, пока он кончится, пялясь на витрины в супермаркете, и домой я возвращался уже поздно. Я пролез через сырые кусты, нацеплял на ботинки грязи, отогнул лист железа, закрывающий дырку, и пролез. С прожекторов капала вода. В их лучах крутились жирные мотыльки. Мне всегда казалось, что они откуда-то с другой планеты. Было холодно, я выдыхал маленькие облачка пара, шел быстро, придерживая одной рукой скейтборд. Мимо прогремело пара полупустых городских электровозов. До станции оставалось пройти совсем немного. Вдалеке показалась платформа.

На ней стоял какой-то странный транспорт, я видел такой в первый раз. Больше всего он был похож на трамвай, почти таких же размеров, тоже красный с желтым. О нем я слышал множество историй. Его называли по-разному, кто то звал его звездный трамвайчик, кто-то космический. Его пассажиры были самой большой загадкой на всей магистрали. Ходили слухи, что он перемещается не только по Земле. Первые истории о нем появились давно, после того, как мы начали с Ними сотрудничать. Мои родители жаловались, что с тех пор почти ничего не изменилось. Люди не стали жить лучше, не покорили космос. Не появилось никаких новых изобретений. Почти Ничего.

Я уже не шел, а бежал: видел его огни, запотевшие стекла, неясные очертания пассажиров в вагоне, холодный сине-зелёный свет внутри. Его дверь открылась и на платформу кто-то вышел. Девочка! Она обернулась, чтобы с кем то попрощаться. В дверном проеме я различил высокую фигуру, оставшуюся в тени. Она протянула руку, с бледной синеватой кожей, и дотронулась до плеча девочки. Девочка обхватила руку своей, глядя куда-то в тень, где скрывалось лицо. Двери закрылись. Трамвайчик двинулся по рельсам, быстро набирая скорость. У него действительно не было колес.

Я не успел. Мимо пронеслось несколько высоких запотевших стекол, за которыми я не смог разобрать ничего, кроме размазанных теней пассажиров. Со всех ног я бежал к платформе, пытаясь успеть за девочкой, которая направлялась к выходу. Махал ей, кричал, чтобы она не уходила. Но она не обращала на это никакого внимания и просто шла к дверям. Когда я добрался до платформы, её уже не было. Я рванулся к выходу, выбежал в переход, пробежал еще несколько метров, но нигде не смог найти ее. Она как будто растворилась в воздухе.

@темы: детство - счастливая пора!

21:17 

Прошло уже много времени с тех пор, как мне пришлось покинуть станцию. Я вернулся в город. Мои дела идут хреново, но я все же надеюсь, что все изменится. В лучшую сторону.

Сегодня я ехал домой на велосипеде, специально выбирая такой маршрут, по которому еще не ездил. Через городской парк, заросший кленом. Сначала по тротуару, объезжая прохожих, потом свернул на узкую тропинку и поехал среди деревьев. В этом районе люди выглядят как-то иначе. Как так вышло, что я столько времени провел в этом городе и ни разу не был в этом парке.

Тропинка привела через заросли к американским горкам. Странно видеть как среди деревьев из земли вырастают трубы, а потом так же внезапно уходят обратно в землю. Они похожи на гигантских механических земляных червей, которые движутся настолько медленно, что кажутся застывшими.

Американские горки наводят на воспоминание о черной рубашке и красном галстуке, которые я когда-то очень любил. Еще тогда у меня были длиннее волосы.

Рыжая девушка и ее парень. Сильный запах алкоголя и кассир, объясняющий, что работает один вагончик.

Мой папа говорит, что у одного из депутатов лицо как у дегенерата. Мне напомнил об этом один из рекламных щитов.

В какой-то момент я чувствую, что счастлив и все это доставляет мне наслаждение и радость.

Еще дорога. Автотрасса идет через промышленную зону, впереди видна огромная красно-серая полосатая труба. Мимо проезжает черный микроавтобус с тонированными стеклами. Я улыбаюсь – все это похоже на декорации фильма 90х годов. В машине наверняка сидят мрачные наемники и сейчас шутят плоские шутки перед миссией. Где-то на заводе в секретном цеху проводят суперсекретные опыты, а где-то в нескольких тысячах километров в прокуренной комнате, окна которой завешены горизонтальными жалюзи со слоем пыли перед огромными ЭЛТ мониторами, хакер с красными глазами через несколько минут взломает правительственную сеть чтобы узнать правду. Это киберпанк, детка.

Как вы думаете, какой сейчас год?

Мой друг рассказал, что дома собирает приемник. Мы не виделись с ним несколько лет. Антенну он монтирует на крыше дома. Он все расспрашивал меня о тех сигналах, что я принимал, пока работал на станции. Зачем ему все это он все равно внятно объяснить не смог.

Однажды мы с ним побывали в заброшенной военной части. Там стояла огромная параболическая антенна. Все оборудование было снято, а точнее, выломано. С особым цинизмом. Он ходил по пустым коридорам с убитым видом, в полном ступоре – настолько потрясла его картина опустошенной радиоточки.

Скоро осень, я надеюсь, все изменится. Я хотел бы, чтоб она была похожа на предыдущую.

Вчера был самый крупный звездопад за это лето. Уже темнеет. И в одном из домов в далеком городе вдвоём остались две замечательные сестры. Младшая и старшая. Уже скоро закипит у них на кухне чайник и они будут пить свой вечерний чай, сидя под желтым абажуром. Я обязательно расскажу о них. Напомните мне.

00:32 

у меня есть еще неделя

00:24 

Кассеты, диски, флеши, ленты, страницы, исписанные и изрисованные, фотографии. Забытые в ящиках, заложенные между листов книги, потерянные, иногда сломанные.

Я нашел у себя пару таких вещей недавно. Потерянные фрагменты прошлого, в плохом качестве. Нужно быть с ними осторожнее. Некоторые вещи опасны.

Если сравнивать то, что помнишь и то, что на записях, можно найти несуществующих людей, события и даже целые места. Иногда я думаю, было ли это вообще со мной, или я сам все придумал а потом запомнил.

Некоторое время я жил на станции с другим человеком. Теперь я снова остался один. Я нахожу чужие вещи, которые были мне хорошо знакомы. Их здесь забыли. Я не предавал им никакого значения раньше. Теперь они связывают меня с прошлым. Понемногу я начинаю от них избавляться.

Смотрю в окно. Мой папа рассказал мне одну историю. Это случилось в 1974, на службе. Он нес дежурство в ночную смену. Шел по территории части. Тогда было полнолуние. Большая чистая луна. Сначала он заметил какое-то движение в небе. Сначала он не мог понять, что происходит. Потом застыл на месте, глядя на то, как быстро уменьшается луна, превращаясь в маленькую точку. Она стала такой маленькой, что он мог с трудом ее различить, а потом начала разрастаться игнорируя свои прежние размеры, заполняя собой небо. Он сказал, что думал ему кирдык, было похоже на испытание какого-то оружия. В следующий момент папа был уже на посту. О явлении было немедленно доложено. В ответ пришло сообщение, что в радиусе сотни километров не зафиксировано ничего, что могло бы представлять опасность. Тревога была отменена. В ситуации разобрались военные метеорологи. Через несколько суток пришло сообщение с объяснениями. В верхних слоях атмосферы охлажденный воздух начал движение вниз, сформировав огромную воздушную линзу, преломившую свет от луны. Преломление объясняется разностью в плотности холодных и теплых воздушных масс. Изменения в атмосфере произошли в результате падения ступени запущенной ракеты, в которой оставалось топливо. Время запуска строго совпадало со временем, в которое наблюдалось странное явление.

15:35 


15:25 

Мне холодно и хочется спать. Все время спать. Неделю солнца не было совсем. Я сижу на кухне, смотрю, как дымится чай. Мне нравится его терпкий вкус и запах. Слышу резкий шум. Сердце стало биться чаще. Я один в этом доме. Здесь никого нет. Снова слышу этот звук. Раздватричетыре пять я иду тебя искать. Медленно. Осторожно, чтобы не спугнуть.

Не хочу отвечать на телефонные звонки, не хочу отвечать на бесконечные письма. Все это не важно. Незачем. Я перезвоню - когда нибудь потом. Просто не слышал, как звонил мой телефон. Отвечу на письма. Но не сейчас. Я застрял здесь и все снова идет по кругу.

Вернуться бы на 10 лет назад. Затеряться среди многоэтажек. Смотреть на закат, как раньше. Но теперь все не так.

Собирать вещи и валить назад.

Ночью я проснулся от стука в окно. Я увидел там женщину. Она просила чтобы я открыл. Я ее впустил. Казалось, что она сильно замерзла и устала. Мы прошли на кухню, я предложил ей чаю, но она отказалась и осталась сидеть в кресле, замотавшись в верблюжье одеяло. Мы разговаривали с ней почти до утра. Потом я заснул. Когда я проснулся, ее уже не было.

Правда. Трудно понять, что правда, а что нет.

В коридоре я в оцепенении смотрю на то, как со стены с громким треском слазят обои. Я ничего не могу сделать. Они отклеиваются. Я смотрю как растет шов между ними. Слышу треск, тот самый звук, который заставил меня встать со стула. Смотрю, на грязный кусок штукатурки под листами пожелтевшей бумаги с простым узором.

01:09 

Сегодня я видел кого-то на территории. Это случилось вечером, когда я осматривал оборудование. Где-то в четырехстах метрах от меня я заметил расплывчатый силуэт. Движения были резкими. Я решил, что это какое-то животное. Рассмотреть все мешало солнце. В сумерках я почти ничего не вижу, снег слепит. Я понял, что на меня тоже смотрят. Это был человек, я скорее почувствовал это, чем рассмотрел гостя. Мне стало не по себе. Я помахал рукой, привлекая внимание. Силуэт замер. Я позвал, что-то сказав, вроде «эй!». И услышал в ответ то же самое. Почти своим голосом. В интонации мне послышалась усмешка. Я почувствовал опасность, захотелось скорее бежать к дому, но я стоял, как вкопанный, боясь пошевелиться, глядя на гостя.

Фигура согнулась и погрузила руки под снег. Казалось, что она что-то ищет там на ощупь. Потом резким движением она распрямилась и отпрыгнула в сторону на пару метров, удалившись от меня, и огромными прыжками, поднимая в воздух снежную крошку, скрылась из виду.

@темы: нервы

23:51 

-Привет, ты так здорово выглядишь. Я давно тебя не видел. Такая аккуратная, тебе идет эта светлая блузка.

-Привет.

-Спасибо, что не на ВЫ. Я давно тебя не видел, как твои дела?

-Все хорошо. Прости, было трудно найти время. Я ненадолго, меня ждут.

-Я понимаю, прошло много времени, у тебя своя жизнь.

-Да…

-Мне тут нравится, я рад, что ты выбрала именно это место. Нравятся эти дома вокруг нас. И теплое солнце. Старые стены с потрескавшейся штукатуркой и мхом, в окружении высоких деревьев с золотыми кронами. Блестящие окна. Смотри, там кто-то развешивает сушиться белье на балконе. Дети во что-то играют. Здесь все завалено листьями. Куда ведет эта лестница?

-Пока не знаю, пойдем, спустимся…

-А еще тихо, нет привычного шума города. Приглушенные звуки, голоса людей, редкие машины, звук наших шагов… Подожди, давай побудем тут немного, я сяду прямо на ступеньки.

-Забавно смотреть на тебя сверху вниз. Ты скучаешь по мне?

-Да. Я хотел бы остаться с тобой.

-Ты не сможешь.

-Иди ко мне. Ты сильно изменилась. Я хотел бы быть похожим на тебя. Как тебе удалось все изменить?

-Ты стал меньше. В тебе почти ничего не осталось. Просто живи. Как тогда, до того. Помнишь? Ты был тогда совсем другим. Вспомни самого себя. Сможешь?

-Я не знаю как. Это ведь не ты. Ты совсем на нее не похожа. Ты все, что от нее осталось.

-Не говори так. Это обидно. Зачем я тебе? Как много я для тебя значу?

-Прости. В тебе очень много людей. Мне трудно. Все. Отделить. Ты очень хорошая. Я отдал тебе все, что во мне осталось. Наверное, по этому. Мне трудно справиться со своими мыслями. В них всегда лезут чувства.

-Пойдем…

-Мы держимся за руки… Здесь тоже красиво. И очень тихо. Все занимаются своими домашними делами, у всех все хорошо. Город вечной субботы. Похоже на какой-то речной порт, или набережную. Наверное, я просто люблю воду.
Все такое знакомое. Мне кажется, я тут был.

01:04 

Я все еще не могу прийти в себя после того случая. Сегодня заканчивается моя смена, я еду в город. Его так и не нашли. Я делаю свою работу, но думаю совсем о другом. Автоматически. С постоянной тревогой вслушиваясь в статические помехи и шум. Бесконечные ливни, сонливость. Я от всего устал.

Маяк отключили через трое суток. Хоть кто-нибудь сейчас понимает, что мы просто не дали ему даже шанса? Просто похоронили заживо. Все ходили молча и лишний раз предпочитали об этом не заикаться.

Кое - что все-таки рассказывали. То, что это не первый раз, в этом я почти не сомневаюсь. Здесь был похожий случай, лет десять назад. Про тех, кто, побросав все, уходил в тайгу, говорят «получил приглашение». У человека едет крыша, и вроде бы это иначе никак не объяснишь. Один из пропавших, перед тем, как уйти счастливо говорил про какое-то выгодное предложение и приглашение и после этого случая пошло. Говорят, что то похожее было и с остальными. Не со всеми, нет. Но из этой истории и родилась сказка про приглашения. Про сами приглашения, правда, ничего конкретного я не узнал. Надеюсь, приглашают на что-нибудь хорошее и стоящее того, чтобы все брость.

@музыка: Мария и Хуана

00:58 

Ладно бы просто узел из строя вышел. Пропал человек в тайге. Все выходные пришлось работать. Только вернулся. Настроение гадкое. Все бросились на поиски. Мужик нес вахту два дня назад на радиоузле. Потом пропала связь. Через час со складов звонят и говорят, что человек пропал. Меня отправляют разбираться с журналами, записями и оборудованием. Чтобы разобрался, что случилось. Аким довез. Сказал, что вряд ли найдут уже.

На станции царил хаос. Бумаги и графики были раскиданы по столу, все даты перепутаны, грязь на полу, какая то одежда, скомканная на облезшем диване. Едкий запах сигарет, на кухне открытые ящики, полная банка окурков и недопитый чай.

Мне было не по себе, когда я остался здесь один. Я думал, почему я здесь, разбираюсь с журналами, техникой и записями, а не на поисках. Как весь этот бардак на станции может быть важнее человека. Мне было стыдно перед ним, хотя я даже его не знал.

Все оборудование было в порядке. Из ресиверов были выдернуты провода, на передатчике была включена жужжалка. Узел перевели в режим радиомаяка. Станция ничего не принимала, но передавала один и тот же повторяющий сигнал на выделенной частоте. Как радиомаяк. Сначала я хотел перевести узел в нормальный режим, но не стал ничего трогать. Нашел журнал. Перечитал, не нашел ничего интересного. Сверка точного времени, перевод в режим вещания, настройка частоты, ТО, ТЛГ… все как должно быть. За последние три часа записи отсутствовали. Я посмотрел на катушки с лентой. Лента был отмотана назад на 5 часов. Ленту никто никогда не отматывает. Я поставил на воспроизведение, немного отмотав назад. Сначала шел хороший сигнал, без помех, все как и должно быть. Потом щелчки и минута тишины. Собрал разбросанные вокруг листы, пошел на кухню.

Я провел здесь сутки, но ничего не понял. Выходило так, что все шло хорошо, но потом был какой-то сигнал, потом мужик исчезает. Собирает какие-то вещи, зачем-то ставит жужжалку и уходит со станции. Мне кажется, что он сделал это специально, чтобы найти дорогу назад. Меня поддержали и маяк не выключат, пока не окончатся поиски.

Не спал двое суток. Ложусь

20:39 

Достал катушку проволоки, снял бумагу, отмотал несколько метров, очистил от масла брезентовой тряпкой и примотал между труб на кухне. На проволоке сушатся грибы. Сейчас их так много, что я об них просто спотыкаюсь, когда выхожу из дома. На другой стене развесил между ящиков сушиться разные травы, как показывал однажды Илья. Зимой будет чем заварить чай. Их запах напоминает мне о лете, которое было очень коротким в этом году. За окном что-то непонятное, но очень сырое и противное. С конца лета я делю станцию еще с одним человеком. Мы работаем в разные смены, меняемся в основном через неделю или полторы. Так стало намного проще.

Хотя, мне все равно кажется, что ничего вообще не меняется, страшно подумать, что я к этому привык. Каждый день на вахте похож на все остальные. Проходит под шорох статических помех и шум дождя за окном. Километры пленок с записями, треск и пощелкивание реле, шум на свободных частотах, незнакомые мне голоса. Все это как будто бы растворяет в себе. Это все равно, что смотреть на другой мир через замочную скважину.

Час назад потеряли связь с соседней станцией. В сорока километрах от моей. Может быть, просто неполадки с оборудованием, я не знаю. Она находится чуть северней, на территории со складами. Там работают, по крайней мере, два десятка человек, часть из них военные. Ничего, думаю, скоро починят.


16:42 

Маленькие муравьи

У меня в доме завелись муравьи. Вчера вечером заметил, как три маленьких козявки тащили у меня со стола засохшие крошки от печенья. Я провел целый вечер, наблюдая за ними. Потом маленькие оранжевые муравьи начали попадаться мне везде. Я нашел их в ящиках, на стенах, они ползали по потолку, ковырялись в приборах, ползали по столу. Думаю, что с ними сделать и откуда они вообще могли тут взяться. Это настоящее бедствие. Так наверняка подумал бы нормальный человек. Но, кажется, они мне нравятся. Думаю, попробовать поискать их главный дом. Должен же быть где-то муравейник, раз есть муравьи. Пока прячу сахар и стараюсь лишний раз не сорить. Хотя и не понимаю, зачем. Едят они не много, за собой убирают, ничего не пачкают. Любят Моцарта, точно не уверен, но кажется, любят. Пусть будут.

@музыка: Моцарт

23:07 

Мне дали несколько дней отгула на работе, я сказал, что хочу увидеть море. Егерь подвез к рыбацкому поселку на берегу. Заселили меня на пару дней в одном из домов на территории лодочной станции. Хозяйка согласилась сдать мне комнату на втором этаже эллинга, пустовавшего зимой.

Обледеневший берег моря, покрытый торосами, вмерзшие в лед суда (скорее всего уже не на плаву), опустелые постройки вдоль береговой линии, разоренные лодочные станции и маяк, на который я набрел в первый день. Даже зимой море казалось живым, мне казалось, что я слышу, как под слоем льда оно дышит. Это очень странное ощущение. Чувствовать под ногами море. Осознавать его размеры. Мне хотелось пройтись по льду. Дальше от берега. Ветер гнал по его поверхности снежную крошку, ботинки скользили.

Почти километр вдоль колеи, оставленной грузовиками, заменявшими зимой суда. Впереди на неизменном расстоянии виднелась полоска горизонта, за который плавно уходили облака. Лед и искрящийся на нем снег. Так тихо. Бесконечная полоска впереди, все такая же далекая, сколько бы я не шел. Это глупо, я знаю. Я знаю, что там за ней есть берег.

На какое-то время появилось ощущение свободы. Выбрать точку на горизонте и пройти до нее по прямой, не встречая на своем пути никаких препятствий, самым быстрым и коротким путем. По этому идеально ровному и гладкому льду. Я стоял и улыбался как идиот, от этой мысли. Но не долго. Я не смог сделать дальше ни одного шага и стоял как прикованный. Не знаю, куда идти.

Я обернулся назад. Вдалеке стояли мирные, засыпанные снегом дома в поселке, виднелись огромные нелепые сугробы заметенных судов, вытащенных на берег. Дым из труб, столбы и линии электропередач, идущих вдоль берега и темная полоса леса. Вернулся к берегу, с ощущением, что упустил свой шанс.

Нет смысла здороваться с теми, кто приходит без стука.

18:12 

Тыкывак — это когда сильная стужа и от нее земля трескается.

Вечером перед закатом над станцией появились вороны. Что-то их спугнуло. Они перебрались ко мне на из леса, пытаясь найти себе место на проводах и крыше. Егерь однажды рассказывал про ворона, проглотившего солнце. Может быть, так и было. Мне нравится этот край. Может быть дело даже не в этом. Мне нравится то, что со мной происходит.

Не хочется назад. Прошлое кажется неестественным. Люди кажутся какими-то ненастоящими. Трудно верить им, когда я их так хорошо знаю, не хочу с ними жить, не хочу. Их как будто съели изнутри, остались только знакомые лица. Келе. Почти как люди. Что я буду делать дальше, когда кончится моя вахта? Меня уже ждут.

Кажется, опять куда-нибудь сбегу. Бег-это движение. Движение-это жизнь.

Два дня назад заходил Аким. Рассказал ему, что на душе. Он спросил, был ли я на берегу. В сотне с небольшим километров от моей станции находился берег моря, сейчас оно покрыто льдами. Я ответил, что не знаю, как туда добраться без вездехода, но старик покачал головой. Сказал, что может быть, что-нибудь придумает.

@настроение: Тыкывак

01:58 

Праздик скоро

Неделя без сна. Конец года. Остывший чай из трав в кружке. Нашел банку в подсобке. О ней мне что-то говорил Илья, он был тут до меня. Говорил, что собирал осенью. За окном снег, несколько огней антенн вдалеке и фонарь раскачивается и тихонько скрипит. В доме темно и тепло. Хочется взять все и бросить. Убежать в темноту.

Темнота. Она здесь какая-то особенная. Она не пугает, а наоборот, притягивает. Не пустая. В ней полно красок. И плотная, как занавес. Кажется, что несколько шагов навстречу по снегу, и там меня ждут, встретят. Скажут, Елы-палы, брат, где ж ты столько был? Мы так тебя ждали.... Это же дом твой, а ты...И правда, дом.

А еще хочется забыться до весны. Лечь тут и спать до весны.

Новый Год. Ну да ладно... Сегодня сходил в лесок, думал срубить елку. Наряжать ее нечем. Только если радиолампами и перфокартами в вперемешку с магнитной лентой. Но потом я в шутку подумал, что этим наряжать можно и антенну. Так что, одну недалеко от дома вполне можно использовать как елку. Но пару веток все-таки взял собой, повесил в доме, так уютнее.

Кстати, на больших сантиметровых антеннах можно приготовить гриль. Мощности у них должно хватить. Друг как-то рассказывал, после армии, что пробовали. Насадили на радар. Решили курицу испечь, проверить получится или нет. Говорили что сгорела, покрылась волдырями и очень быстро. Может, просто, готовить не умели? Все равно курицы у меня тут нет. Зато есть копченое оленье мясо.

Осталось подумать, что попросить у Дедушки. Такая тут глушь, что если кто и придет, то скорее Леший.

Кота не видел уже несколько дней. Иногда натыкался на его следы, если это конечно его. На радиочастотах ничего интересного слышно не было, все пока спокойно.

Пойду попробую уснуть...

@настроение: моя походная библия всегда со мной

00:41 

Дни кажутся похожими друг на друга. Я устал. Ничего не получается.

@музыка: в голове

@настроение: ниже нуля

23:39 

длинные волны

Вчера были постоянные перебои со связью, два раза вырубало электричество. В таких случаях, часть оборудования переходит на резервное питание, которого хватает где-то на час. Мне приходится запускать генератор, как того требуют правила. За окном творилось то же самое. То снег, то солнце, то снег и солнце одновременно. Непонятно-что. Смена погоды влияет не только на людей, но и на оборудование. В общем, черт знает что.

Один из приемников был настроен на рабочую частоту, но кроме статических помех,в такую погоду ничего слышно не было. Другой был настроен на гражданский диапазон. Лишь на длинных волнах иногда удавалось что-то разобрать. На одном из каналов кто-то сильно матерясь пытался наладить связь и орал, что у них поломка. Просил срочно доставить деталей и главного инженера, иначе все. На другом конце говорили, что нет ни одной рабочей запчасти, остались только китайцы. Первый матом крыл все инстанции, начиная от бабы Любы, заканчивая тем самым инженером. На том конце что-то невнятно протарахтели скороговоркой, после чего ответили, что отправили китайцев. На вездеходе около часа. В ответ раздался неразборчивый мат.

Потом вырубили свет. Минут двадцать я сидел на резервном питании от аккумуляторов в подсобке, думая заводить дизель или нет. Потом появилось электричество. Часа два все шло хорошо, потом вновь погас свет. На этот раз дольше. Решил, что на этот раз точно придется запускать генераторы, но все обошлось. Под вечер ветер за окном утих, а снег мирно сыпался большими хлопьями. Знакомый голос на длинных волнах, уже сильно охрипший и усталый говорил, что починили. На том конце раздались множественные одобрительные крики и хлопанье в ладоши. Мужик уже севшим голосом добавил что-то про ящик пшеничной и отключил связь.

@музыка: шум волн

@настроение: как-то не по себе

@темы: длинные волны

16:21 

Обрывки сна

Снился заснеженный убогий полустанок. Было холодно и темно и пусто. А потом появились два тусклых мерцающих пятнышка света, и стук колес. Поезд остановился на перроне, дверь вагона открылась. В тамбуре стояла проводница. Женщина, лет сорока. Улыбнулась, кажется устало, но все-же как-то искренне, приглашая внутрь. Старый плацкарт с деревянными оконными рамами, приглушенный желтый свет и боковая койка снизу у окна. Столик был собран, на нем стояла кружка чая. Я смотрел как за окном мимо проносятся снег. Кажется, вагон ехал в полной пустоте, в которой был только снег. Слушал, как стучат колеса. Было хорошо и тихо. Тепло. Наверное я ехал домой. Я думал об этом, куда это-домой? И почему это так приятно?

@музыка: ветра

@настроение: немного грустно

01:29 

Нашел разбитый грузовик.
Метель кончилась под конец дня. Вышки видны как на ладони, но все равно заставил себя выйти. Как обычно, покрутился вечером возле антенн, проверил все оборудование, снял показания с приборов и забрал записи за день. Несколько дней назад заметил вдалеке на горизонте темное пятно, напоминающее какую-то постройку. Хотелось еще немного побыть на солнце, так что я решил подойти поближе. Это оказался старенький ЗИЛ, выкрашенный в зеленый цвет. Скорее всего стоял он здесь уже не первый год, так как краска местами облупилась и выцвела. Машину замело почти по самые стекла. Чем-то она мне нравилась. Мне удалось освободить из под снега край дырявого тент и попасть внутрь. У самого входа стояло сиденье с вылезшим кусками поролона. За ним лежали ржавые бочки из под топлива, на половину прикрытые брезентом.Пол был усыпан крупными перьями и птичим дерьмом. Через откинутый кусок тента отлично было видно, как садится солнце. Так что я сел на сиденье, уперев ноги в бортик и допил чай из термоса.

Нужно бы осмотреть всю территорию. Устал. Допиваю чай. Рассматриваю перо из грузовика. Думаю, кто там был до меня. Скоро ложиться. Завтра много работы.

@музыка: тишина

@настроение: устал

01:15 

Очередная ночь

Меня опять разбудил этот шум. За окном громко скрипят листы железа, которыми покрыта крыша. Это ветер. Думал, что привык, но каждый раз просыпаюсь. Кажется, что по крыше кто-то ходит. Хочется пить. На кухне холодно, поставил чайник. Спать уже не хочется. Не знаю, все как обычно, все в норме. Через замерзшее окно не видно ничего, кроме снега, темноты и красных сигнальных фонарей на антенне.
Так, пойду сниму чайник. Кажется, что календарь врет или время идет тут как-то не так. Дни почти не отличаются друг от друга.

Чай дымится в алюминиевой кружке, согревая руки. Уселся возле окна, разглядываю узоры. На улице скрипит раскачанный ветром фонарь. Приятно скрипит. Если бы только не это хлопанье листов железа. В наушниках все то же шш-шш-ш-шшш из-за статических помех в атмосфере. Из книг мне пока не попадалось здесь ничего кроме толстых справочников с оборванными заляпанными страницами. Думаю, ничего, если на одном из них теперь будут еще и чайные разводы.

@музыка: ветра

@настроение: спокойное

главная